Альгимантас Масюлис

У Р. Вабаласа Масюлис снимался в филь­мах «Шаги в ночи» и «Июнь, начало лета», сыграв в первом — переводчика гестапо, во втором — современного ксендза из маленького провинциального города. В экранизации по­вести Ю. Трифонова «Обмен», действие ко­торой авторами фильма перенесено в Литву, Масюлис очень сдержанно и психологически точно, со скрытой разоблачительной силой иг­рает отца Лины (в повести — Лена). Предстоят встречи с Масюлисом и на те­леэкране.

Белорусском телевизионном фильме «Жатва после бури» (режиссер Д. Нижниковская) у Масюлиса одна из главных ролей. Его герой, пан Падалин-ский, человек старого воспитания и культуры, действует в двадцатые годы в советской Белоруссии по заданию Савинкова. Актер стремится передать трагедию сильного и убежденного человека, приходящего к мо­ральному краху, искренно и горячо пережи­вающего разочарование в своих сообщни­ках, в неправом деле, бесперспективность собственного пути.

Биография Евгения Семеновича Матвеева

Нужно знать Евгения Семеновича Мат­веева. Он сам актер и психологию актера хоро­шо понимает. Он к каждому умеет найти под­ход, поощряя творческую инициативу. Он уго­ворил меня сыграть Зольдинга, и я не жалею об этом. Есть режиссеры, с которыми Масюлис связан годами длительной творческой друж­бы: Жалакявичус, Вабалас, Туров. С каж­дым из них сделано по три, по четыре кар­тины, пройден вместе значительный отрезок пути. И работу у одного из «своих» режис­серов, даже если предстоит сыграть всего лишь короткий эпизод,, актер не променяет ни на какую другую.

Снялся в нескольких картинах белорусского режиссера Виктора Турова. Вместе с покойным . Бронюсом Бабкаускаг сом средств кино для них — Бабкаускаса и Масю­лиса. Вероятно, нужно быть актером, чтобы до конца почувствовать, что это такое — роль, специально для тебя написанная. Во «Времени ее сыновей» роль у Масюли­са совсем небольшая: он играет, инженера литовца, работающего на белорусском пред­приятии. Его герой носит странную фамилию «Литовко», а свое имя-отчество, Бронис­лав Адамович, позаимствовал у Бабкауска­са, который в образе Петра Гуляева нахо­дится тут же в кадре.

Реферат

Нужно сыграть француза! (Масюлис пере­дает интонацию и жест режиссера, долженст­вующие, видимо, означать высшие степени па­рижского шика и утонченности.) Но я не могу играть национальность. Просто не знаю, как это делается. Считаю, что все попытки такого рода — это… (на секунду задумыва­ется,, подыскивая подходящее русское слово) вспомнил… липа. Не бывает немцев вообще. И тогда ты ли разные люди, с разными характерами. Но благодаря Гитлеру у них у всех была общая судьба.

Нам актерам в каждом случае нуж­но играть определенный человеческий харак­тер. Характер, а не национальную принад­лежность. Итак, Вилли Шварцкопф из фильма В. Ба­сова «Щит и меч». Убежденность в каждом шаге, в каждом слове, в каждом взгляде. Но он не фанатик, нет. Просто его физическое здоровье и бурлящая, через край бьющая энергия не оставляют места для душевных смятений. Он оптимист по рождению. Ему нужно постоянное действие. Иначе он просто не может.

Альгимантас Масюлис фильмография и биография

Масюлис играет этот тип в разных вариан­тах, но обязательно с поправкой на так на­зываемую интеллигентность. И хотя выбора подобную роль именно . Масюлиса порой не обусловлен ничем иным, кроме ходячего представления о немецком национальном ти­пе, которому, как считается, вполне соответ­ствует внешность этого литовского актера, он играет всегда не просто такой тип, а рацио­нальное бездушие «человека вообще». О комп­ромиссе с совестью здесь можно говорить лишь в давно прошедшем времени.

Тепе­решних его ролях у его героев никакого ком­промисса нет. Есть бездушие по убеждению, по призванию. На литовских актеров опрос. Адомайтис снимается в Москве, Ленинграде, Минске, в ГДР; Норейка — в Москве, Ленинграде, Ки­еве, Одессе, Ташкенте; рано скончавшийся Бабкаускас за свою не слишком долгую ки­нематографическую жизнь успел сняться в Москве, Минске, Риге, Таллине, Ленинграде; Паукште — в Москве и Ленинграде. При этом все они остаются литовскими актерами, постоянно работают в театрахх Вильнюса, Па-невежиса, Клайпеды.

В литовских фильмах. У себя на родине они — универсалы. У каждого за годы работы в театре сложился большой и разнообразный репертуар. На сце­не они играют и камерную драму, и трахге­дию, и сатирическую комедию, и водевиль. Характерные роли, острогротесковые, психо­логические. В фильмах Литовской студии те же самые Адомайтис, Бабкаускас, Масюлис выступали и выступают значительно более разнообразно, чем за пределами своей рес­публики. Видимо, литовские режиссеры луч­ше знают возможности своих актеров.

Девять дней одного года

Ков Смоктуновского из «Девяти дней одного года» также многими воспринимался однознач­но как герой отрицательный, противопоставлен­ный в картине Гусеву Баталова. Как и другие герои Масюлиса, Венцкус чело­век компромисса. Он действительно в какие-то моменты своей жизни «стоял под деревом». Не приспособленец в пошлом, обывательском смысле, а человек больших духовных потен­ций, который предал себя. И он сам, лучше других, это ощущает. А в спорах с Римшей ге­рой Масюлиса открывает всю правду о самом себе до конца.

Наконец, по имени то, ся, боясь сознаться себе в этом, боясь про­изнести вслух. Масюлис сделал своего героя фигурой тра­гической. Человек масштаба Венцкуса не толь­ко должен быть подвергнут суду — он дол­жен быть выслушан. Психологический реа­лизм, с помощью которого актер выстраива­ет образ, дает ему возможность перешагнуть через сдерживающие рамки несколько услов­ной конструкции характера, предлагаемой талантливым, но чуть перегруженным- интеллек­туальной символикой фильмом Жалакявичуса.